ОГЭ по русскому сочинение 15.1. Функции абзаца тесно связаны с функционально-стилевой при­надлежностью текста....

Задание

Напишите сочинение-рассуждение, раскрывая смысл вы­сказывания современного лингвиста Н.С. Валгиной: «Функ­ции абзаца тесно связаны с функционально-стилевой при­надлежностью текста, вместе с тем отражают и индивидуально-авторскую особенность оформления текста». Аргументируя свой ответ, приведите 2 (два) примера из прочитанного текста.

Вариант 1

Текст, не разделенный на абзацы, сложен для воспри­ятия, сила его воздействия на читателя падает. Как верно заметила Н.С. Валгина, «функции абзаца тесно связаны с функционально-стилевой принадлежностью текста, вместе с тем отражают и индивидуально-авторскую особенность оформления текста». Это означает, что деление художест­венного текста на абзацы позволяет читателю почувствовать отношение автора к описываемым событиям, увидеть ход авторской мысли.

В тексте В. Катаева первый абзац (предл. 1 и 2) пред­ставляет собой своеобразную авансцену, основное место дей­ствия последующих событий текста. Такое выделение пред­ложений позволяет читателю понять: главным «героем» повествования будет море.

Последний абзац также состоит из двух предложений — 46 и 47. Он снова как бы возвращает читателя к пейзажу, описанному в самом начале текста, и одновременно подво­дит итог сказанному: море никогда не надоест, оно всегда неповторимое, разное, потрясающее, могучее.

Подобное деление текста на абзацы позволяет расставить смысловые акценты в художественном тексте.

Вариант 2

По утверждению Н.С. Валгиной, «функции абзаца тесно связаны с функционально-стилевой принадлежностью тек­ста, вместе с тем отражают и индивидуально-авторскую осо­бенность оформления текста».

В самом деле, абзац отражает намерение автора выделить внешним образом в особую группу те или иные части произ­ведения, которые кажутся ему особо важными в развитии мысли.

Так, множество абзацев, переданных в тексте В. Катаева одним-двумя предложениями, говорят об эмоциональности повествования, типичного для художественного стиля речи. Автору важно было показать красоту пляжа, на котором оказался мальчик, и поэтому он выделил предложение 21 в отдельный абзац.

Наверное, именно от того, что пляж был «диким и со­вершенно безлюдным», Петя и почувствовал себя одиноким как Робинзон.

Вероятно, чтобы подчеркнуть это состояние своего героя, писатель вновь объединяет два предложения (22-23) в от­дельный абзац.

Как видим, выделяя какую-нибудь мысль в особый аб­зац, автор тем самым подчеркивает ее смысловую особен­ность. Утверждение Н.С. Валгиной верно.

Вариант 3

По мнению Н.С. Валгиной, «функции абзаца тесно свя­заны с функционально-стилевой принадлежностью текста, вместе с тем отражают и индивидуально-авторскую особен­ность оформления текста».

Действительно, абзац выступает как средство, позво­ляющее правильно понять информацию в любом тексте, од­нако, используя абзацный отступ, автор в художественном произведении, которое характеризуется высокой эмоцио­нальностью, богатством красок, может по-своему выразить значимость какой-либо мысли в развитии микротемы.

Обратимся к тексту В. Катаева за примерами, иллюстри­рующими это высказывание. Удивительная красота моря не могла не повлиять на мальчика («Петя залюбовался мо­рем»), и автор предложением 28, выделенным в абзац, слов­но подчеркнул данную мысль, особо значимую для него. Это высказывание — своеобразный тезис, после которого все ос­тавшиеся абзацы, посвященные описанию моря, своего рода аргументы, доказывающие, почему невозможно не любо­ваться им.

Красоте и могуществу штормового моря автор посвятил большой абзац, начинающийся с предложения 35. Отсутст­вие в этом описании дополнительных абзацных отступов го­ворит о том, что автору в тексте гораздо было важнее пере­дать эмоциональную составляющую, а не событийную, вызвать у читателя чувства, подобные тем, которые испы­тывал его герой.

Следовательно, в зависимости от того, как поделен текст на абзацы, можно не только определить его стилевую при­надлежность, но и увидеть авторское отношение к изобра­жаемому.

 

Текст для работы

(1)Низкое солнце ослепительно било в глаза. (2)Море под ним во всю ширину горело, как магний.

(З)Серебряные кусты дикой маслины, окруженные ки­пящим воздухом, дрожали над пропастью. (4)Крутая до­рожка вела зигзагами вниз. (5)Ноги бежали сами собой, их невозможно было остановить.

(6)До первого поворота Петя еще кое-как боролся с силой земного притяжения. (7)Он хватался за сухие нитки корней, повисших над дорожкой. (8)Но гнилые корни рвались. (9)Из-под каблуков сыпалась глина. (Ю)Мальчик был окру­жен облаком пыли, тонкой и коричневой, как порошок какао.

(11)Пыль набивалась в нос, в горле першило. (12)Пете это надоело.

Он закричал во все горло, взмахнул руками и очертя голову ринулся вниз.

Шляпа, полная ветра, колотилась за спиной. (15)Матросский воротник развевался. (16)И мальчик, делая страшные прыжки по громадным ступеням естественной ле­стницы, вдруг со всего маху вылетел на сухой и холодный, еще не обогретый солнцем песок берега. (17)Песок этот был удивительной белизны и тонкости. (18)Вязкий и глубокий, сплошь истыканный ямками вчерашних следов, оплывших и бесформенных, он напоминал манную крупу самого перво­го сорта.

(19) Он полого, почти незаметно сходил в воду. (20) И крайняя его полоса, ежеминутно покрываемая широкими языками белоснежной пены, была сырой, лиловой, гладкой, твердой и легкой для ходьбы.

Чудеснейший  в мире пляж, растянувшийся под об­рывами на сто верст, казался диким и совершенно безлюд­ным в этот ранний час.

Чувство  одиночества с новой силой охватило мальчи­ка. (23)Но теперь это было совсем особое, гордое и мужест­венное одиночество Робинзона на необитаемом острове.

(24)Между тем солнце еще немножко поднялось над го­ризонтом. (25) Теперь море сияло уже не сплошь, а лишь в двух местах: длинной полосой на самом горизонте и десят­ком режущих глаза звезд, попеременно вспыхивающих в зеркале волны, осторожно ложащейся на песок.

На  всем же остальном своем громадном пространстве море светилось такой нежной, такой грустной голубизной августовского штиля, что невозможно было не вспомнить:

Белеет парус одинокий

В тумане моря- голубом...

Петя залюбовался морем.

Оно     меняется на глазах каждый час.

То  оно тихое, светло-голубое, местами покрытое поч­ти белыми дорожками штиля. (31)То оно ярко-синее, пла­менное, сверкающее.

(32)То оно играет барашками. (ЗЗ)То под свежим ветром становится вдруг темно-индиговым, шерстяным, точно его гладят против ворса. (34)То налетает буря, и оно грозно преображается.

(35)Штормовой ветер гонит крупную зыбь. (36)По гри­фельному небу летают с криками чайки. (37)Взбаламучен- ные волны волокут и швыряют вдоль берега глянцевитое тело дохлого дельфина. (38)Резкая зелень горизонта стоит зубчатой стеной над бурыми облаками шторма. (39)Мала- хитовые доски прибоя, размашисто исписанные беглыми зигзагами пены, с пушечным громом разбиваются о берег. (40) Эхо звенит бронзой в оглушенном воздухе. (41)Тонкий туман брызг висит кисеей во всю громадную высоту потря­сенных обрывов.

Но главное очарование моря заключалось в какой-то тайне, которую оно всегда хранило в своих пространствах.

Разве   не тайной было его фосфорическое свечение, когда в безлунную июльскую ночь рука, опущенная в чер­ную теплую воду, вдруг озарялась, вся осыпанная голубыми искрами? (44)Или движущиеся огни невидимых судов и бледные медлительные вспышки неведомого маяка? (45) Или число песчинок, недоступное человеческому уму?

(46)Сколько бы ни смотреть на море — оно никогда не надоест. (47)Оно всегда разное, новое, невиданное.

(По В. Катаеву)