ОГЭ по русскому сочинение 15.1. Глагол — самая живая часть речи

 

Задание

Напишите сочинение-рассуждение, раскрывая смысл вы­сказывания писателя А.К. Югова: «Глагол — самая живая часть речи. В глаголе струится самая алая, самая свежая, артериальная кровь языка. Да ведь и назначение глаго­ла — выражать само действие!». Аргументируя свой ответ, приведите 2 (два) примера из прочитанного текста.

Вариант 1

Основная часть речи в языке, отвечающая за обозначение действия, — это глагол. Без него нет событийности, нет ди­намики повествования.

Если из предложенного нам для анализа текста убрать глаголы, он потеряет всякую связность и смысл. Первое предложение без слов «помню» и «звали» превратится в на­бор из частицы, наречия и местоимения!

А сколько глаголов в последнем абзаце помогают рас­сказчику передать свою боль! Как много он хотел бы сде­лать, чтобы уменьшить муки совести! И эти стремления пе­реданы в предложении 55 именно глаголами. Они подчеркивают острое желание рассказчика искупить свою вину.

Да, писатель А.К. Югов не ошибался, говоря, что «в гла­голе струится самая алая, самая свежая, артериальная кровь языка».

Вариант 2

Мир, в котором мы живем и который изображается в произведениях, постоянно меняется, развивается, и именно глаголы помогают передать эти действия.

, Давайте проиллюстрируем широкий диапазон употребле­ния этой части речи, сгруппировав примеры, которых много в тексте В. Надыршина.

Итак, глаголы способны обозначать физические действия («метнулся», «отбросил»), перемещения в пространстве («скрылся», «вышел»), деятельность органов чувств («смотре­ли»), изменение состояния («остановился», «перевели»), речь («попросил», «отвечал», «сказал»). Стоит только убрать глаго­лы из текста или языка — и все застывает, теряет смысл.

Действительно, «глагол — самая живая часть речи. В глаголе струится самая алая, самая свежая, артериальная кровь языка. Да ведь и назначение глагола — выражать са­мо действие!».

Я абсолютно согласен с этим высказыванием писателя А.К. Югова.

Вариант 3

Можно ли представить себе связное повествование, в ко­тором никак не изображено движение, нет действий, дета­лей, описывающих происходящее? Разве что с трудом...

Глагол — «самая живая часть речи», как верно заметил писатель А.К. Югов. В этой части речи процесс представлен в грамматических формах времени, лица и наклонения, что делает его уникальным средством описания процессов и действий.

Обратимся за примерами к рассказу В. Надыршина.

Глаголы в нем сообщают о том, что повествование идет о событии, случившемся в прошлом («звали», «жил», «переве­ли», «положили»). Будущий диалог героев рассказа угадыва­ется по глаголу повелительного наклонения «проходи»: в са­мом деле, не сидели же мальчишки в квартире молча?

Кроме того, глаголы будущего времени «простит», «пой­мет», «выслушает» в предложениях 57-59 свидетельствуют о том, что рассказчик еще не потерял надежду искупить вину. Именно в этих глаголах заключен основной смысл данных предложений.

Действительно, глагол — практически незаменимая в языке часть речи.

 

Текст для работы

(1)Не помню, как его звали. (2)Он жил на Сортировочной и в нашу школу перешел временно, потому что его мать по­ложили в больницу, а здесь, в третьем микрорайоне, жила бабушка. (З)Новенького посадили со мной, и это мне не по­нравилось: значит, когда я просил посадить меня с Колькой

Лыковым — нельзя, посадите с Саней Табуховым — опять нельзя, а тут, оказывается, можно!

(4)Новенький несколько раз обратился ко мне с какими- то дурацкими вопросами: «Как зовут?», «Где живешь?»... (5)Я отвечал нехотя, сквозь зубы, и он отвязался.

(6)А после уроков его повели бить. (7)Это называется «прописка». (8)Бьют несерьезно, больше для формы, как гово­рится, ничего личного, просто традиция такая. (9)Новенький, увидев толпу, которая его окружила, метнулся к стоящему рядом Сережке Романову, отбросил его ударом в сторону и, ловко увернувшись от Кольки Лыкова, словно ветер, скрыл­ся во дворах. (10)3а ним побежали, но догнать не смогли. (И)Сережка, всхлипывая, вытирал кровь с разбитой губы, а мы хмуро смотрели на него. (12)Решили не ждать завтраш­него дня, а рассчитаться с новеньким сегодня же во что бы то ни стало.

(13)— Димон, ты же сидел с ним, у вас с ним был мир! (14)3айди к нему, позови его к себе домой — музыку там по­слушать или чего еще... — попросил меня Колька. (15)— Ты же умный, схитри как-нибудь, чтобы он вышел на улицу.

(16) Мне польстило, что ко мне обратился Колька, что он при всех назвал меня умным, что поручение, которое требу­ет смекалки и находчивости, по его мнению, могу выпол­нить только я.

(17) Через полчаса я уже звонил в дверь квартиры, где жил новенький.

(18) — Тебе чего?

(19) — Как чего? (20)Посмотреть в твои глаза! — на­смешливо сказал я. (21)— Ты-то умчался, как быстроногая лань, а я за тебя получил по полной программе.

(22) —А ты-то при чем?

(23) — Как при чем? — удивился я. (24)— Мы же вместе сидим, значит, мы друзья, вот мне за тебя и вломили! (25)До сих пор ребра болят... (26)Пройти-то можно?

(27)— Проходи...

(28)Мы попили, чай, он показал свои рисунки... (29)Неплохо он рисовал. (ЗО)Потом я посмотрел на часы и позвал его к себе в гости.

(31) — Давай только не сегодня!

(32) Внутри у меня все упало: ребята из нашего класса уже ждали нас в засаде возле недостроенного дома.

(33) — Понимаешь, у меня братишка болеет, и я хотел, чтобы ты нарисовал ему какую-нибудь картинку, он любит разные сказочные сюжеты, волшебные миры...

(34) — Ну, раз так, то пойдем...

(35) Тот путь я помню до сантиметра, словно шел босиком по гвоздям. (Зб)Новенький что-то говорил мне, а я торопли­во кивал головой. (37)Ребро недостроенного дома. (38)Я ви­жу выбитый асфальт, рулоны рубероида, краешек пакета, где лежат альбомные листы и краски... (39)Горячий воздух, словно напильник, режет мою грудь. (40)Я остановился. (41)А новенький сделал еще несколько шагов. (42)Кусты шевельнулись. (43)Все! (44)Навстречу нам медленно вышел Колька Лыков и зловеще улыбнулся.

(45)Самое страшное было дальше. (46)Судьба, видно, ре­шила провести меня до последнего круга моего ада. (47)Новенький вдруг взвизгнул, схватил камень и крикнул: «Димон, беги!». (48)Но, увидев, что нас уже окружили, что мне не убежать, он набросился на Тольку Власова, освобож­дая мне путь.

(49)— Димон, беги! (50)Чего ты стоишь?

(51)И тут я улыбнулся, а остальные засмеялись. (52)Только тогда он все понял и посмотрел на меня. (бЗ)Удивленно, недоверчиво. (54)В ту секунду мне показа­лось, что сожженная этим взглядом кожа, словно чулок, сползла с моего тела...

(55)...Уже много лет я мечтаю кого-то спасти: я мечтаю вытащить тонущего из воды, защитить девушку от хулига­нов, вынести раненого с поля боя и согласен даже умереть, совершая героический поступок. (56)Но никто на моем пути не тонет, никто не горит, никто не просит меня о помощи. (57)В жалобно протянутых ладонях я несу свое окровавлен­ное сердце: все надеюсь, что когда-нибудь увижу преданного мною паренька и он меня простит. (58)Или хотя бы поймет. (59)Или, по крайней мере, выслушает... (60)Но он живет где- то на Сортировочной, в нашу школу его перевели временно, и наши жизненные пути все никак не могут пересечься.

(По В. Надыршину )