Сочинение-рассуждение ОГЭ 15.1. Изложение «от первого лица», употребление слов и оборотов разговорного характера...

 

Задание

Напишите сочинение-рассуждение, раскрывая смысл вы­сказывания российского филолога А.А. Кузнецова: «Изло­жение «от первого лица», употребление слов и оборотов разговорного характера дают автору возможность влиять на сознание и чувства читателя». Аргументируя свой ответ, приведите 2 (два) примера из прочитанного текста.

Вариант 1

Повествование от первого лица в художественном тексте с элементами разговорного стиля всегда воспринимается как свидетельство очевидца, чьи чувства и ощущения вызывают сопереживание читателя.

Например, эмоциональное состояние рассказчика, его волнение от разыгравшейся стихии передает восклицатель­ное предложение 33, свойственное разговорному стилю («А снизу вдруг волна ка-а-ак ударит!»). Это какой же силы должен быть шторм, чтобы даже на вершине скалы человек почувствовал силу удара воды!

И в следующем предложении просторечное слово с оце­ночным значением «силища» и просторечная частица «аж» придают речи рассказчика оттенок легкого ужаса перед раз­бушевавшимся морем, и читателю понятны переживания героя.

Поэтому можно согласиться с филологом А.А. Кузнецо­вым, считавшим, что «изложение «от первого лица», упот­ребление слов и оборотов разговорного характера дают авто­ру возможность влиять на сознание и чувства читателя».

Вариант 2

В художественном тексте с элементами разговорного стиля изложение «от первого лица» создает эффект общения с живым, реальным человеком, и поэтому пережитые им эмоции и впечатления читатель принимает близко к сердцу. 62

Например, в неполном предложении 32 («Похолодел весь и про ружье забыл...»), свойственном разговорному стилю, нет подлежащего, но оно и не нужно: нам и так ясно из мо­нолога, что речь идет о рассказчике, попавшем в непростое положение и испытавшем сложные чувства, и мы вместе с ним переживаем эту ситуацию.

Однако зверь, который так испугал путника, оказался насмерть перепуганным медвежонком, именно поэтому в монологе рассказчика появляется восклицательное предло­жение с усилительной частицей («Вот уж и верно — у стра­ха глаза велики!»), передающее явную радость от того, что все обошлось, и читатель также испытывает это чувство.

Филолог А.А. Кузнецов точно подметил особенность та­ких текстов, сказав, что «изложение «от первого лица», употребление слов и оборотов разговорного характера дают автору возможность влиять на сознание и чувства читателя».

Вариант 3

В художественном произведении повествование может вестись от первого лица и тогда образ рассказчика раскры­вается в его речи, эмоциях, манере выражения мыслей. В этом случае читатель получает уникальную возможность испытать многое из того, что пережил этот герой.

Докажем это утверждение примерами из текста Л. Кук- лина. Так, просторечные слова, свойственные разговорному стилю речи («Сейчас он меня лапой как огребет — и ку- вырк я со скалы в воду!»), не только вносят в монолог рас­сказчика оттенок простоты речи, но и позволяют читателю понять, какими трагичными виделись герою дальнейшие события.

Кроме того, отсутствие предварительного продумывания высказывания делает его живым, а рассказчика — свобод­ным в выборе слов и выражений. Например, искреннее изумление героя, вызванное невероятным происшествием, передано в предложении 44 с помощью вводного предложе­ния «не поверите!». В самом деле, сложно поверить в такое доверительное отношение зверя к человеку!

Таким образом, можно сделать вывод: прав был филолог А.А. Кузнецов, утверждавший, что «изложение «от первого лица», употребление слов и оборотов разговорного характера дают автору возможность влиять на сознание и чувства чи­тателя».

Текст для работы

(I)  Возвращался я как-то из тайги домой, да припозднил­ся. (2)А все ж таки хотелось мне до ночи к себе домой доб­раться, в рыбачий поселок. (З)Вышел я по течению ручья на берег моря. (4)Ветер вовсю разошелся. (5)В лесу-то он по вершинам гуляет, а на море сильную волну развел.

(6) Мне  еще по пути домой нужно было бухту обогнуть.

(7) Только я из глубины бухты обратно в сторону откры­того моря повернул, вижу: не пройти. (8)Сильный накат идет, волны песчаную полосу уже захлестывают своими гребнями, запросто могут с ног сбить и утащить в море...

(9)Одна дорога остается: вверх, на крутую скалу. (10)И вода подгоняет: она уже к сапогам подбирается, скоро голе­нища захлестнет.

(II) Начал я вверх карабкаться. (12)А с тяжелым рюкза­ком да еще с ружьем по скалам лазить не больно-то удобно. (13)Да и смеркаться стало раньше обычного. (14)Тучи небо плотно обложили, чувствую я: стемнеет скоро. (15)Надо на ночлег устраиваться загодя, а то в темноте и голову сломать недолго.

(16)Еще немного вверх залез, остановился отдышаться. (17)Вижу: площадка на скале небольшая. (18)Да мне одному много ли надо?

(19) Зато  площадка удобная: скала над ней козырьком нависает, дождь не страшен, и от ветра укрытие.

(20) А  внизу береговую полосу совсем приливом скрыло. (21)Ну, устроился я. (22)Ружье к каменной стенке присло­нил, лапничку наломал, постель себе приготовил...

(23)«Переночую тут спокойно, — размышляю про себя, — а завтра по заре и двину дальше». 60

(24)Вдруг я слышу: кто-то ко мне на площадку карабка­ется. (25)Камни из-под него сыплются, стучат по скале, кус­ты шевелятся. (26)Кто же это такой от прилива спасается?

(27)Смотрю: над площадкой медвежья голова поднима­ется! (28)Уставились мы друг на друга, и на какое-то мгно­вение оба от неожиданности застыли. (29)Не знаю, о чем медведь успел подумать, а я-то думаю: «Ну все... (ЗО)Сейчас он меня лапой как огребет — и кувырк я со скалы в воду! (31)Плохо дело...» (32)Похолодел весь и про ружье забыл...

(33)А снизу вдруг волна ка-а-ак ударит! (34)И такая в ней силища многотонная — аж скала дрогнула и брызги вверх полетели! (35)Нас обоих, словно из пожарного шланга, обда­ло. (Зб)Медведь пискнул — и бросился прямо ко мне в руки!

(37)Вот уж и верно — у страха глаза велики! (38)Ника- кой это и не медведь оказался, а маленький, годовалый медвежонок. (39)Должно быть, от матери отстал, заигрался на берегу — его водой прихватило и напугало до смерти. (40)0н ко мне прижался, как ребенок, голову прячет и только дрожит от страха — мелко-мелко, всей своей шкур­кой...

(41)Я погладил его осторожно: вдруг цапнет? (42)Нет, вижу, ничего, терпит.

(43)А волна опять как даст! (44)Накрыл я медвежонка своей курткой брезентовой, сам возле него угрелся, да так мы с ним — не поверите! — и задремали под вой ветра и грохот прибоя. (45)Только от каждого удара волны медве­жонок во сне вздрагивал. (46)Дышал он ровно и так довер­чиво ко мне прижимался...

(47)Вот, думаю, какая удивительная история. (48)Это же не в цирке, где дрессированные медведи за кусочек сахара всякие штуки вытворяют. (49)Это же дикий зверь! (50)А бе­да приперла — и к человеку сунулся. (51)Доверяет...

(52)Всегда бы так! (53)Мирно...

(По Л. Куклину)